Меню сайта
Поиск
Главная » Статьи » Статьи и доклады Б.Д.Эльконина

Современный этап Культурно-Исторической Психологии: направление разработок

 

                        

Современный этап Культурно-Исторической Психологии: направление разработок

Б.Д.Эльконин

«Величие человека в том, что он мост, а не цель…» (Ф.Ницше «Так говорил Заратустра»)

 

  1. Что преодолела Культурно-Историческая Психология?

 

  • Интенциональным объектом психологии XIX и начала ХХ вв. была «психика как таковая». Вызов этой психологии – классически-научное изучение психики. При этом психика понималась и изучалась как находящийся «в» индивиде источник его активности (Апперцепция, Воля), а результат самой активности понимался и изучался как Пред-ставление – видение (полагание) чего-либо вне себя[1].

Бихевиористы представили активность живых существ (и человека в том числе) как реакцию на стимулы. Это положение многократно критиковалось, но, принимая критику, важно заметить и отметить, что при этом впервые то, что ранее называлось психикой, было неявно представлено как определенный способ существования в Мире как мире стимулов разной силы и это представление задало новый дискурс – полагание «устройства», могущего занять место в Мире. Гештальтпсихологи в полемике с бихевиоризмом определили Мир как мир незамкнутых структур и, тем самым, задали место активности как замыкающего структуру акта, в котором преодолевается «функциональная фиксация прошлого опыта».

  • Культурное Событие, именуемое «Культурно-историческая концепция Л.С.Выготского», связано с тремя словосочетаниями, которые, правда, нынче выглядят как давно знакомые «общие места», что и является большим недомыслием. Таковы словосочетания: «преодоление натурального в культурном», «психологическое орудие», «переход интерпсихической формы в интрапсихическую». Я попытаюсь дать свою расшифровку значений этих словосочетаний, пользуясь преимуществом рассмотрения как ситуации самого Выготского, так и ситуации после него и вплоть до современной. Укажу специально, что современная ситуация – это ситуация разработок 4-го поколения последователей Культурно-Исторической Концепции[2]. Похоже, что проблемное поле этого поколения – образ нового возможного и, вместе с тем, необходимого цикла работ.
  • Словосочетание «преодоление натурального в культурном», говорит о способе присутствия, т.е. о занятии места Сознанием и Психикой: Сознание и Психика не предлежат и не «где-то находятся», а именно вы-ступают, являются лишь в определенном усилии, действии (и воссоздании этого «икс-действия»). Уже ставшая и «овладевшая» поведением скрытая форма его осуществления и есть стихия натурального, которая может иметь разные «личины» - молекулярно-информационную (ген), стимульную, форму нормативного предписания («культурную»). Натуральное поведение – поведение, включенное в некую форму вне акции или в сокрытости акции самого включения. Открытие и построение формы своего поведения – Акт Развития.
  • Словосочетание «психологическое орудие» говорит о том, что «культура» и «значение»[3] присутствуют в поведении лишь и именно как способы преодоления скрытых детерминант поведения, способы перехода к произвольности – построению самим человеком Формы своего поведения. Представление, знание поменяли место результата активности (какое они имели в классической психологии) на место средства построения и воссоздания этой активности. Здесь и возникает ключевой вопрос о том, как посредством значения строится предмет активности, и возникает он на месте банального суждения о том, что в значении дано обозначаемое.
  • Суждение о «переходе интерпсихической формы в интрапсихическую» предполагает, что изначальное «место» психики не «в» отдельных индивидах, а в их взаимном обращении – обращении одного к другому посредством «психологического орудия». Тем самым, предполагается, что психика и сознание не могут быть положены (изучены) отстраненным наблюдателем, а требуют для своего выявления (объективации) активного участия Другого. Таково требование к методикам «двойной стимуляции», составляющим ядро «экспериментально-генетического метода» исследования. Именно на этом методе базируется «неклассическая психология» (Д.Б.Эльконин). Здесь, в построении экспериментального генеза возникает вопрос об условиях, при которых «экспериментатор» действительно присутствует в поведении «испытуемого», обретает свое место в нем и обретает его таким образом, что его «общение» претворяется в «психологическое орудие» - опору поиска и опробования испытуемым формы своей активности.

II. Значение и действие

  • Работы «деятельностников» можно рассматривать как направленные на определение и рассмотрение условий становления «психологического орудия». В качестве такого условия было положено построение человеком (в экспериментальном генезе – испытуемым) «внешнего, предметного действия». При этом, однако, предметное действие было отделено от значения (слова) и значение представлено как «вторичное», производное от действия. Тем самым, концепция обрела гносеологическое звучание.
  • В экспериментальных исследованиях «Харьковской группы» значение выступило как результат уподобления «логике орудия», а само реальное орудие выступило как исходное «психологическое орудие»; выступило в той мере, в какой человек действует «по логике орудия», преодолевая «логику руки» (П.Я.Гальперин).
  • В знаменитых экспериментальных исследованиях А.Н.Леонтьева и его сотрудников по генезису ощущения и формированию звуковысотного слуха акцент еще раз сместился теперь уже на отношение предметного действия и представления (ощущения, восприятия). Было показано, что предметное действие исходно в формировании образа. Но исходно в случаях активных проб уподобления облику предмета. В этих пробах у испытуемых строились новые «функциональные органы», посредством которых «ощупывалась» либо скрытая, либо с трудом воссоздаваемая реальность. Можно утверждать, вспоминая логику и акценты Л.С.Выготского и преобразовывая гносеологический модус в онтический, что здесь сама телесность индивида строилась как «психологическое орудие». Обобщая: психофизиологическая система человека выступила как Способ – способ явления неявленного и, тем самым, способ построения нового поля возможного действия.
  • Для А.В.Запорожца условием возникновения произвольного движения является его превращение о ощущаемое движение, т.е. обретение индивидом интероцептивного («внутримышечного») чувства собственного движения. В замечательных экспериментах А.В.Запорожца и М.И.Лисиной было воссоздано возникновение подобных «внутренних» ощущений и управление ими. Связывая это открытие с интерпретацией экспериментов А.Н.Леонтьева, можно утверждать, что психофизиологическая система индивида становится психологическим орудием при условии связности внешней и внутренней моторики[4], связности экстеро- и интероцепции. Что же их связывает?

 

Краткий анализ «узлов» деятельностной теории можно завершить тремя критическими вопросами.

  1. Что есть интерпсихическая форма активности согласно ключевым исследованиям А.Н.Леонтьева? В протоколах и описаниях экспериментов нет места действиям экспериментатора в ходе эксперимента. Он присутствует как создатель ситуации, уходящий в сторону при включении в ситуацию испытуемого. Соответственно, в интерпретациях и выводах действие иногда прямо, а иногда по умолчанию приписывалось испытуемому, как бы, «принадлежало» ему. Так, что же, когда говорится «действие», имеется в виду действие индивида, а не сама «итерпсихическая форма»? В эксперименте А.В.Запорожца и М.И.Лисиной – другой разворот. Поворотный пункт эксперимента, задавший его успех – это показ самому испытуемому экрана осциллографа с записью, «рисунком» динамики его «внутрителесных» реакций; экран экспериментатора поворачивается испытуемому. Однако же, в анализе и выводах А.В.Запорожец также, как и А.Н.Леонтьев приписывает действие самим испытуемым. Вместе с тем, в текстах всех «деятельностников» говорится об «общественной природе» и психики, и деятельности. Похоже, что работа Другого воспринималась как нечто само собою разумеющееся, не требующее специального анализа и поэтому выносилась «за скобки», ей не находилось места в самой исследуемой активности. А ведь экспериментатор (Другой) создавал Поле активности испытуемого – «поле образа действия», как говорил и писал П.Я.Гальперин.  
  2.  В текстах «деятельностников» существенное место занимают суждения о сущности категорий Мотива, Цели, Смысла. Однако, в ключевых экспериментальных исследованиях эти сущности не воссоздавались как особые феномены. Может возникнуть впечатление, что мотив и цель суть некие представления, извне «приставленные» в зачин и завершение индивидуальной активности, в ее переходные «точки». Что же есть содержание Действий по инициации, т.е. переходу к выполнению и переходу к завершению и как оно соотносится с содержанием «действия самого индивида»?
  3. Анализ текстов как «деятельностников», так и самого Выготского подводит к мысли о флуктуациях Объекта исследований. С одной стороны – это «классический» объект - образ, мысль, т.е. «психические явления». Именно их экспериментальный генез строится тем или иным способом. Однако, в самой дискуссии Учеников Выготского со своим Учителем и в их экспериментальных исследованиях «спрятан» и другой Объект – сам Акт Опосредствования. Но спрятан, а не явлен – находится «в тени» допущения.
  4. . Сдвиг Объекта исследования
  • Переход к изучению самого акта опосредствования и, тем самым, полаганию этого акта как исследовательского Объекта, по моему разумению, датируется выходом статьи Д.Б.Эльконина «Заметки о развитии предметных действий в раннем детстве». Этот поворот был продолжен в моих работах. Ключевое методологическое положение и смысл этих работ в том, что именно Акт Опосредствования, т.е. Посредническое Действие, является Интенциональным Объектом современной Культурно-Исторической Психологии. Развертывание Посреднического Действия (ПД) совершается в онтогенезе как связность Событий детско-взрослой общности. Условия совершения Посреднического действия и предстоит изучить – экспериментально воссоздать.
  • В ПД значение (слово) и само действование одновременны (и, следовательно, нет речи об отношениях первичности и вторичности). В слове взрослого выделяется «поворотный пункт» поведения ребенка (например, его граница)[5], а ребенок самим своим поведением, самой своей телесностью утверждает значение и значимость слова-обращения взрослого, тем самым утверждая саму ситуацию взаимности – общность искомых. Действенное утверждение обращения – это и есть Практика Смысла. Таково начало превращения активности в Действие, причем собственное, свое Действие[6] и превращение слова в Психологическое Орудие.
  • В дальнейшем слово взрослого становится собственной Опорой ребенка и строится Образ Действия, а далее, когда опора испытывается и воссоздается как ритм Стихии собственного движения-стремления, строится Поле действия. В это время ребенок начинает отличать свое действие от действия ним (одевание, мытье и проч.)[7] и начинает испытывать «объем» поля своего действия. Значение строится и осваивается в «столкновениях» слова с телесной активностью (а не в «предварении» слова «внешне-предметными» манипуляциями). Итак, Совокупное Посредническое Действие[8] есть действие, результатом которого является выполнение ребенком определенного предписания, эффектом - построение и освоение ситуации действования (границ намерения), а продуктом – построение и освоение значения, задающего образ «рельефа» поля действия.
  • Остается последний вопрос о ПД. И, все-таки, зачем же нужно Посредничество как построение собственных опор и выращивание собственного поля действия? Ответ Л.С.Выготского и его Учеников понятен: опосредствование нужно как способ выращивания Произвольности человеческой активности, т.е. подлинной человеческой самостоятельности и инициативы, что и есть характеристики Свободного действия (В.П.Зинченко). А если, словами Э.Гуссерля, «вынести за скобки» культурно-ценностные допущения важности и необходимости самостоятельности, инициативы и свободы? Проделав эту процедуру, мы оказываемся перед странным вопросом о том, способом «питания» чего являются сами произвольное и свободное действие. Здесь и требуется переход к предельным экзистенциальным характеристикам человеческой практики.
  • В одной из статей, ссылаясь на эксперименты А.В.Запорожца и М.И.Лисиной, я писал о том, что Посредничество есть экранирование (усиление, отображение и возвращение) внутренней перцепции другого человека[9]. Таково задание значения как психологического орудия. Это задание выполняется в случаях, когда сам «посредствуемый» собой возвращает, как бы, «обратно экранирует» значащее содержание, своею телесностью выделяет, усиливает, акцентирует его переходы-ритмы – усиливает, делает явным становление его Формы (как, например, чеканный шаг усиливает стройность марша). Подобные обмены суть усилители энергии жизни и как усилители они возможны лишь как воссоздание собой экрана-значения, т.е. как произвольные действия. Усиление и воссоздание энергии жизни - предельное экзистенциальное задание Посредничества.

 

Литература

  1. Выготский Л.С. Собрание сочинений: в 6 т. М.: Педагогика, 1982 – 1984
  2. Выготский Л.С. Психология искусства. М.: Искусство, 1968. 576 с.
  3. Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология. СПб.: Владимир Даль, 2004. 398 с.
  4. Гальперин П.Я. Психология как объективная наука. М.: Институт практической психологии – Воронеж: НПО «Модэк», 1998. 480 с.
  5. Запорожец А.В. Развитие произвольных движений. М.: Издательство Академии педагогических наук РСФСР, 1960. 429 с.
  6. Зинченко В.П. Сознание и творческий акт. М.: Языки славянских культур, 2010. 592 с.
  7. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М.: Издательство Московского университета, 1981. 584 с.
  8. Нежнов П.Г. Опосредствование и спонтанность в модели «культурного развития» // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология, 2007, № 1. С. 133 – 146.
  9. Эльконин Б.Д. Опосредствование. Действие. Развитие. Ижевск: Издательский дом «ERGO», 2010. 279 с.
  10. Эльконин Б.Д. Событие действия (Заметки о развитии предметных действий II) // Культурно-историческая психология, 2014, № 1. С. 11 – 19.
  11. Эльконин Б.Д. Чувство собственной активности в освоении понятия (экспериментальное исследование) // «Антропопраксис». Ежегодник гуманитарных исследований, 2013. С. 94 – 104.
  12. Эльконин Д.Б. Избранные психологические труды. М.: Педагогика, 1989. 555 с.
 

[1] Здесь важно вспомнить концепцию З.Фрейда (и психоанализа как такового), который вел разговор о «психической энергии» - энергии выхода «наружу» психики, «выдавленной» в бессознательное.

[2] Имеются в виду профессиональные поколения. 1-е – сам Л.С.Выготский и, соответственно, Замысел (объект и метод) новой психологии; 2-е Деятельностники (А.Н.Леонтьев, А.Р.Лурия, А.В.Запорожец, П.Я.Гальперин, Д.Б.Эльконин и др.), в коллизиях спора с Учителем (и всеми реальностями своего века), преодолевшие замысел в Проекте; 3-е – их ученики (В.В. Давыдов, В.П.Зинченко, Л.С.Цветкова, Ю.Б.Гиппенрейтер и др.), создавшие Программы реализации проекта (в психологии развития, в общей психологии, эргономике, нейропсихологии).

[3] Требует специального анализа эволюция понимания Выготским значения от «Психологии искусства» через «Историю развития высших психических функций» к YII главе «Мышления и речи».

[4] «Внутренняя моторика» - термин самого А.В.Запорожца, введенный им при описании работ по восстановлению движений раненых бойцов (см. А.Н.Леонтьев, А.В.Запорожец «Восстановление движения». М., 1945).

[5] И поэтому слово – не «ассоциация» звука с вещью, а способ ее выделения, приведения в явленность, а потому и психологическое орудие.

[6] И лишь здесь действие можно приписывать индивиду – лишь здесь он становится сопричастным этой форме активности.

[7] С этим, подчас конфликным, отличением и связана Интериоризация (индивидуализация).

[8] «Совокупное действие» - термин Д.Б.Эльконина.

[9] В статье «Действие как единица развития» (Вопросы психологии №1, 2004, а также в кн. «Опосредствование. Действие. Развитие»)

 

Категория: Статьи и доклады Б.Д.Эльконина | Добавил: anuto4ka (28.02.2016)
Просмотров: 302 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright www.elkonin.ru © 2018